У холмогорских храмов богатое прошлое. Есть ли будущее?



В прошлом году, когда проходил юбилей Ломоносова, было много сказано хороших слов о его родине.


Особенно — о необходимости срочной реставрации двух памятников архитектуры — Спасо-Преображенского собора в Холмогорах (XVII век) и церкви Димитрия Солунского в Ломоносово (XVIII век), находящихся в катастрофическом состоянии.

Но пока эти памятники, помнящие помимо юного Ломоносова, еще многих, имена которых известны по учебникам истории, остаются в аварийном состоянии. Хотя и было заявлено о миллионах рублей, вложенных в их реставрацию за предшествующие юбилею четыре года. О том, в каком состоянии храмы находятся сейчас, мы поговорили с отцом Леонтием (Эйзенманом), настоятелем православного прихода села Холмогоры.

— Что можете сказать о сегодняшнем состоянии двух исторических храмов?

— Сразу скажу, эти храмы принадлежат государству, находятся в федеральной собственности, а не в собственности Русской Православной Церкви, как думают многие. Мы — пользователи, арендаторы. Государство предоставляет нам храмы в бесплатное пользование до тех пор, пока считает нужным. Мы, в свою очередь, стараемся по мере сил содержать храмовый комплекс Спасо-Преображенского собора и Димитровскую церковь хотя бы в нынешнем состоянии, лишь бы избежать дальнейших разрушений.

— Если так, то государственные службы имеют большие полномочия, чтобы следить за состоянием старинных зданий…

— Прав у государственных служб много, но, похоже, обязанностей нет. Сохранение любого памятника — это большие средства, у Церкви таких средств, после стольких лет гонений, нет.

У государства тоже не хватает — дыр слишком много, взять бы хоть сферу ЖКХ.

Поэтому на реставрацию памятников выделяются крупицы, которые не до всех исторических памятников доходят. Я где-то читал, что примерно 50–70 памятников (имеются в виду не только культовые) Севера России уходят в небытие каждый год. Но перед юбилейными датами обычно какие-то работы проводятся, ну чтоб уж не совсем стыдно было перед приезжими.

— А 300-летие Ломоносова храмам хоть как-то помогло?

— В последний юбилейный год средств не поступало никаких. До того два года проводились работы, правда, неинтенсивно. Но, слава Богу, хоть какие-то работы проводились. Были поставлены леса, укреплены фундаменты — в соборе примерно три четверти, в Димитровской церкви большая часть здания была укреплена, в том числе и своды. Объем противоаварийных работ по укреплению фундамента я бы оценил как наполовину от нужного. Конечно, это пока еще реставрацией назвать нельзя, реставрация предполагает воссоздание памятника в первоначальном виде.

— Почему работы по начальной реставрации проводились осенью?

— Конечно, ремонт любого здания требует теплого времени года. Но, поскольку, напомню, деньги выделялись государством, то средства поступали только в конце года. Всю бухгалтерию вам не расскажу, но там что-то связано с бюджетом, тендерами, подрядными организациями.

По-моему, эта проблема очень старая, еще с советских времен.

— В прошлогодних официальных заявлениях обещали не забывать о реставрации храмов и после юбилея…

— К сожалению, ничего не слышал о выделении средств, объявлении тендеров или продолжении работ в ближайшее время.

Конечно, тогда получается, что все предыдущие работы по начальной реставрации зданий прошли впустую.

Фундамент укрепили, а крыши нет — осталась все та же «временная», с 80-х годов прошлого века. Но, может, просто я не располагаю информацией о каких-то строках в бюджете или дальнейших намерениях властей.

— Алтарная часть собора была в жутких трещинах, ее хоть успели заделать во время этого юбилейного денежного ручейка?

— Нет. Каждый год эту часть здания весной-осенью заливает, потом промораживает, и я боюсь давать какие-либо прогнозы дальнейшей судьбы алтарной части здания.

— А вы сами не подавали заявки на срочную реставрацию в какие-либо фонды?

— Мы с вами находимся в здании, принадлежащем государству. Государством созданы специальные службы как федеральные, так и региональные, которые обязаны отслеживать состояние памятников архитектуры, находящихся на подведомственной им территории. Например, областное общество охраны памятников, истории и культуры. Вообще то, это их забота, не наша.

Но я знаю, что бюрократическая система такова: каждый год надо подавать какие-то бумаги на то, чтобы храмы включили в некий список памятников, которые надо реставрировать.

Какое-то время мы этим занимались. Но оказалось, что это никому не нужно и даже маловероятно, если нет знакомого человека в Москве, который бы «толкал» твои бумаги.

— А зачем подавать бумаги каждый год?

— Думаю, эта «забота» о памятниках больше нужна бюрократу, который хотел бы оправдать свое присутствие на этом месте и свою зарплату. В реальной жизни от такого чиновничьего аппарата нет никакой отдачи, а памятники продолжаем терять.

— Я знаю, что уже при вашем служении в Холмогорах было отреставрировано здание храмового комплекса — церковь 12 апостолов, а на нее государственные средства не поступали. Как вам это удалось?

— Ну, что мы можем делать, то делаем с помощью благотворителей. Но полноценной реставрацией это назвать нельзя, все-таки сегодняшнее состояние этой церкви — не первозданное.

— Если на государственный чиновничий аппарат нет никакой надежды, то, может, помогут потомки Романовых? Царственным особам России Холмогоры ведь не чужие…

— Жизнь православного прихода Холмогор заключается не в реставрации памятников, это ошибка. Наша жизнь заключается в служении Богу. У нас есть храм 12 апостолов, где мы совершаем богослужения. Мы поставили памятный крест невинно убиенным, который стоит прямо перед собором. Повторюсь, что можем, мы делаем.

А реставрация храмов — это сфера деятельности не только Церкви, но и людей культуры и людей, которые обязаны сохранять эту культуру по долгу службы. Конечно, мы только за. Потомки дома Романовых не обладают сейчас необходимым состоянием, чтобы решать наши проблемы, они сами до сих пор находятся в положении изгнанников, и задача общества решить эту проблему, чтобы вернуть историческую справедливость, ведь при них Россия была как никогда великой державой, и не только по территории.

— Тогда выхода нет?

— Ну почему же. Знаете, в чем я вижу прогресс? Ладно, мы люди Церкви и, как про нас могут сказать, — заинтересованные. Но теперь уже люди нецерковные говорят о том, что храмы нужно реставрировать. А еще лет десять назад говорили, что их легче снести и построить что-то другое. Ситуация изменилась, мыслить стали по-другому и, как я считаю, в лучшую сторону. Может, со временем не только так мыслить будут, но и прилагать какие-то усилия от них зависящие?

— А местные жители помогают?

— Приход у нас небольшой. Конечно, помогают, иначе как бы мы сумели отремонтировать церковь 12 апостолов? Местная администрация тоже старается помочь, но ее возможности ограниченны. Мне кажется, тут никакими призывами не помочь, пока не изменится сам уклад жизни села, всего общества. В свое время разрушали тоже не за один год, а на восстановление нужно еще больше времени.

Ведь Спасо-Преображенский собор, например, имел еще и сакральное значение, в нем была усыпальница епископов, в том числе и первого — Афанасия, архиепископа Холмогорского и Важского. В советское время, как вспоминают старожилы, древние могилы разоряли и все, что с ними связано, выкидывали на улицу. А с чего начинается Родина? С любви к отеческим гробам, любви к своей истории и людям, ее делавшим. Пока в сознании населения не восстановится эта времен связующая нить, трудно сказать, будут ли у нас реставрировать памятники.

Наша община по мере сил старается что-то созидать сегодня, а там — как Господь управит…

Записала Елена Ирха

"Правда Севера" от 07.03.2012

Фото Виталия Крехалева


Добавлено: 14-03-2012, 22:47
0
5 929

Похожие публикации


Наверх